Научно-практический медицинский рецензируемый журналISSN 1727-2378
Ru
En

Особенности психоэмоционального состояния женщин во время беременности, наступившей в результате применения вспомогательных репродуктивных технологий

DOI:10.31550/1727-2378-2018-154-10-62-67
Библиографическая ссылка: Скворцова М.Ю., Прилуцкая С.Г., Барская Е.С. Особенности психоэмоционального состояния женщин во время бере­менности, наступившей в результате применения вспомогательных репродуктивных технологий // Доктор.Ру. 2018. № 10 (154). С. 62–67. DOI: 10.31550/1727-2378-2018-154-10-62-67
Особенности психоэмоционального состояния женщин во время беременности, наступившей в результате применения вспомогательных репродуктивных технологий
16 Ноября 10:00

Цель исследования: оценить влияние психологического компонента гестационной доминанты (ПКГД) и повышенной тревожности на течение беременности после экстракорпорального оплодотворения (ЭКО).

Дизайн: проспективное наблюдательное сравнительное исследование.

Материалы и методы. В исследование включены 100 беременных в возрасте от 25 лет. У участниц основной группы I (n = 60) беременность наступила в результате ЭКО, у женщин группы сравнения II (n = 40) — спонтанно. Для более дифференцированного подхода к оценке результатов каждую группу разделили на подгруппы: подгруппа А (IA, n = 30 и IIA, n = 20) — женщины оптимального репродуктивного возраста (25–34 года); подгруппа Б (IБ, n = 30 и IIБ, n = 20) — женщины позднего репродуктивного возраста (35 лет и старше).

Оценка психоэмоционального состояния проводилась путем заполнения опросника в первой половине беременности. Опросник включал в себя тест на выявление типа ПКГД И.В. Добрякова и Госпитальную шкалу тревоги и депрессии.

Результаты. Беременность у женщин после ЭКО значимо чаще протекает на фоне угрозы прерывания. Выявлена положительная взаимосвязь между наличием вышеуказанного осложнения и негативным психоэмоциональным состоянием (r = 0,4–0,6 при р < 0,05) у женщин из группы ЭКО.

В обеих группах преобладали подтипы ПКГД, которые можно отнести к группам благоприятного течения гестации. При анализе с учетом возраста выявлено, что ПКГД, соответствующий оптимальному типу, определялся у 80,0% участниц подгруппы IIA и у 50,1% из подгруппы IA (р = 0,03). Типы ПКГД, соответствующие группе умеренного риска, оказались наиболее характерны для забеременевших после ЭКО оптимального репродуктивного возраста (23,3%, р = 0,02 для отличия от подгруппы IIА). Между подгруппами IБ и IIБ значимых различий не было (р > 0,05).

У женщин из группы ЭКО оптимального репродуктивного возраста более выражена тревожная составляющая (23,3%) в сравнении с аналогичной возрастной подгруппой группы сравнения (5,0%) (р = 0,0026). Для женщин старшей возрастной группы, забеременевших после ЭКО, более характерен гипогестогнозический компонент ПКГД, чем в аналогичной по возрасту подгруппе сравнения — 36,7% против 10,0% (р = 0,035); у них также отмечается тенденция к тревожности, которой нет в подгруппе IIБ (р = 0,05).

Заключение. Для обеспечения благоприятного течения гестации и формирования адекватных родительских отношений следует учитывать особенности психоэмоционального статуса беременных после ЭКО и своевременно рекомендовать им психологическое консультирование.

Ключевые слова: беременность, экстракорпоральное оплодотворение, психоэмоциональное состояние, психологический компонент гестационной доминанты.

Скворцова Маргарита Юрьевна — к. м. н., доцент, заведующая учебной частью кафедры акушерства и гинекологии ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России. 105043, г. Москва, ул. Верхняя Первомайская, д. 57. E-mail: margodus@mail.ru 

Прилуцкая Светлана Геннадьевна — аспирант кафедры акушерства и гинекологии ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России. 105043, г. Москва, ул. Верхняя Первомайская, д. 57. E-mail: naplet@list.ru 

Барская Екатерина Сергеевна — психолог ООО «Центр репродукции и генетики «ФертиМед». 105043, г. Москва, 3-я Парковая ул., д. 8/19. E-mail: barskaya-katya@mail.ru

В современном мире бесплодие является не только медицинской, психологической, но и демографической проблемой. Наиболее эффективный метод преодоления бесплодного брака — применение ВРТ, преимущественно ЭКО.
Беременности, наступившие в результате ЭКО, относят к группе высокого риска по развитию акушерских осложнений [1–2]. По данным клинических психологов, лабильное психоэмоциональное состояние беременной может стать дополнительным негативным фактором, отражающимся на течении гестации [3, 4]. Известно, что стресс и неустойчивый эмоциональный фон повышают частоту плацентарной недос­таточности, задержки роста плода, преждевременных родов и рождения детей с низкой массой тела [5].

Большинство отечественных и зарубежных исследований психологического состояния женщин-участниц программы ЭКО сосредоточены на фиксации уровня тревожности и качества жизни в период лечения с помощью ВРТ [6–8]. Однако психоэмоциональное состояние беременных после ЭКО и его влияние на течение беременности остаются недостаточно изученными.
Цель исследования: оценить влияние психологического компонента гестационной доминанты (ПКГД) и повышенной тревожности на течение беременности после ЭКО.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ
Данное исследование выполнено под руководством д. м. н., профессора Н.М. Подзолковой на базе Центра репродукции и генетики «Фертимед» в период с 2016 по 2018 г., в него включены 100 женщин с одноплодной беременностью в возрасте от 25 лет. У участниц основной группы I (n = 60) беременность наступила в результате ЭКО, у женщин группы сравнения II (n = 40) — спонтанно. С целью более дифференцированного подхода к оценке результатов каждую группу разделили на подгруппы с учетом возраста: подгруппа А (IA, n = 30 и IIA, n = 20) — женщины оптимального репродуктивного возраста (25–34 года); подгруппа Б (IБ, n = 30 и IIБ, n = 20) — женщины позднего репродуктивного возраста (35 лет и старше).
Критерии включения: одноплодная беременность, завершившаяся родами; для основной группы — бесплодие в паре, вызванное любыми факторами. Критерии исключения: тяжелое соматическое заболевание у беременной; наличие хромосомной аномалии у плода, подтвержденной методами инвазивной диагностики или неинвазивным пренатальным тестом.

У всех участниц была проведена оценка психоэмоционального состояния с помощью опросника, заполняемого в сроках с 12 до 22 недель гестации включительно в амбулаторных условиях при плановом посещении акушера­гинеколога. Опросник включал в себя тест на выявление типа ПКГД И.В. Добрякова и Госпитальную шкалу тревоги и депрессии (Hospital Anxiety and Depression Scale, HADS). Неблагоприятное (негативное) психоэмоциональное состояние определялось нами при получении результатов тестов, отличных от нормы. С учетом комбинированных данных этих тестов принималось решение о целесообразности консультации психолога и психологической коррекции.
Полученные данные были обработаны с помощью пакета программы Statistica 10.0. Для характеристики результатов использовали методы описательной статистики: средние величины, процентные показатели. Сравнение средних величин и сравнение групп по количественным признакам выполняли путем анализа с применением теста различий пакета программы Statistica 10.0. Статистически значимыми считали различия при p < 0,05. Для выявления корреляционной взаимосвязи использовался коэффициент Спирмена.

РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ
Средний возраст беременных подгруппы IA составил 30,93 ± 2,36 года, IБ — 39,53 ± 4,09 года (р = 0,002); IIА — 28,6 ± 2,62 года, IIБ — 37,45 ± 2,3 года (р = 0,045).
При оценке социального статуса с учетом условий труда выявлено, что большинство участниц обеих групп (76% и 70%) относились к служащим (р = 0,5). Однако в группе спонтанной беременности было значимо больше женщин рабочих профессий: 12,5% против 1,7% (р = 0,03). Домохозяек в основной группе было 21,7%, в группе сравнения — 17,5% (р = 0,61).
Изучение акушерского анамнеза показало, что женщины позднего репродуктивного возраста из группы сравнения почти в 3 раза чаще имели благоприятно завершившиеся беременности. Среди участниц оптимального репродуктивного возраста в 2,3 раза чаще беременности заканчивались неудачно у женщин из группы ЭКО (р = 0,05) (табл. 1).

Таблица 1
Особенности акушерского анамнеза обследованных женщин, n (%)


Акушерский анамнез


IA (n = 30)   
      
   IБ (n = 30)        IIA (n = 20)       IIБ (n = 20)     
Беременности в анамнезе

18 (60,0)

17 (56,7)

11 (55,0)

19 (95,0)*

Беременности, не завершившиеся рождением живых детей
(прерывание беременности, мертворождения), исключены медицинские аборты

14 (46,7)


13 (43,3)


4 (20,0)


7 (35,0)


Роды в анамнезе 7 (23,3) 7 (23,3) 9 (45,0) 18 (90,0)**

Примечание. Отличия от подгруппы IБ статистически значимы: (*) — р = 0,003; (**) — р = 0,000.

В протоколах ЭКО с первой попытки беременность наступила у 12 (40,0%) и 16 (53,3%) женщин из подгрупп IА и IБ соответственно, со второй — у 13 (43,3%) и 5 (16,7%) (р = 0,03), с третьей — у 2 (6,7%) и 5 (16,7%), с четвертой — у 2 (6,7%) и 3 (10,0%), с пятой — по одной (3,3%).

У женщин основной группы в I триместре беременность протекала на фоне угрозы прерывания чаще, чем в группе сравнения: 22 (36,7%) против 6 (15,0%) (р = 0,02). Угроза позднего самопроизвольного выкидыша чаще всего фиксировалась у женщин старшей возрастной группы, забеременевших после ЭКО. В группе I данное осложнение отмечено у 10 (33,4%) и 12 (40,0%) участниц, в группе II — у 6 (30,0%) и 2 (10,0%) соответственно (различие между подгруппами IБ и IIБ статистически значимо: р = 0,02). Истмико-цервикальная недостаточность выявлена только у пациенток основной группы: IA — 5 (16,7%) и IБ — 3 (10,0%) (р = 0,05).

Значимой разницы в частоте угрозы преждевременных родов между подгруппами не было (значения указаны для участниц, завершивших беременность к настоящему моменту): IA — 5 (30,0%) и IБ — 6 (24,0%), IIA — 6 (30,0%) и IIБ — 4 (20,0%). Для других акушерских осложнений, характерных для второй половины беременности (преэклампсия, отечный синдром, нарушение гемодинамики в маточно-плодово-плацентарном комплексе, задержка роста плода и др.) статистически значимые различия между группами также не выявлены.

Прежде чем представить данные по некоторым аспектам психоэмоционального состояния беременных, необходимо обратиться к базовым понятиям. Психоэмоциональное состояние — особая форма психических состояний человека с преобладанием эмоционального реагирования по типу доминанты. Эмоциональные проявления в реагировании на действительность регулируют самочувствие и функциональное состояние индивида. Дефицит эмоций снижает активность ЦНС и может явиться причиной ухудшения работоспособности. Чрезмерное влияние эмоциогенных факторов способно вызвать состояние нервно-психического напряжения и срыв высшей нервной деятельности. Оптимальное эмоциональное возбуждение — условие готовности к деятельности и ее благоприятного для здоровья осуществления.

В 1960-е гг. И.А. Аршавский применил «принцип доминантности» для объяснения изменений, происходящих в организме беременной, возникающих после имплантации, и впервые ввел термин «материнская доминанта». Последняя включает в себя последовательно сменяющие друг друга доминанты: беременности (гестационная доминанта), родов (родовая доминанта) и послеродового периода (лактационная доминанта).
Гестационная доминанта имеет два компонента: физиологический и психологический [9]. ПКГД представляет собой совокупность механизмов психической саморегуляции, включающихся у женщины при беременности, направленных на сохранение гестации и создание условий для развития будущего ребенка, формирующих отношение женщины к своей беременности, ее поведенческие стереотипы.
И.В. Добряков (1996) после изучения анамнестических сведений и клинико-психологических наблюдений за беременными выделил 5 типов ПКГД: оптимальный, гипогестогнозический, эйфорический, тревожный и депрессивный [10]. Для оптимального типа ПКГД характерно ответственное, но без излишней тревоги отношение к своей беременности. Женщины с гипогестогнозическим типом ПКГД не склонны менять жизненный стереотип с наступлением беременности; они продолжают вести активный образ жизни, много работать, могут пренебрегать рекомендациями врача.

Эйфорический тип ПКГД отмечается у женщин с истерическими, демонстративными чертами личности, а также у длительно лечившихся от бесплодия. Женщины претенциозны, требуют от окружающих повышенного внимания, выполнения прихотей; врачей и курсы дородовой подготовки посещают, но далеко не ко всем советам прислушиваются и не все рекомендации выполняют.
Тревожный тип ПКГД характеризуется высоким уровнем тревоги у беременных, что влияет на их соматическое состояние. Тревога может быть оправданной и понятной (наличие острых или хронических заболеваний, дисгармоничные отношения в семье, неудовлетворительные материально-бытовые условия и т. п.).

Депрессивный тип ПКГД проявляется, прежде всего, резко сниженным фоном настроения; женщина, мечтавшая о материнстве, может начать утверждать, что теперь не хочет этого, не верит в свою способность выносить и родить здорового ребенка, считает, что беременность «изуродовала ее», боится умереть в родах, боится быть покинутой мужем, часто плачет [10–11].
При анализе научных исследований, в которых использовалась данная методика, большинство авторов[12–13] выделяют несколько подтипов основных видов ПКГД с оценкой их влияния на течение гестации (рис. 1).

Рис. 1. Условная типология подтипов психологического компонента гестационной доминанты (ПКГД)

444.jpg

Подтипы ПКГД следует выделять для более четкого деления беременных на психокорекционные группы [12–13].
Распределение подтипов ПКГД в проведенном нами исследовании представлено в таблице 2 и на рисунке 2.

Таблица 2
Распределение подтипов психологического компонента гестационной доминанты у обследованных женщин, n (%)


Подтипы IA
(n = 30)

(n = 30)
IIA
(n = 20)
IIБ
(n = 20)
Преимущественно оптимальный 4 (13,3) 9 (30,0) 8 (40,0)* 5 (25,0)
Оптимально­эйфорический 11 (36,8) 4 (13,3) 8 (40,0) 7 (35,0)
Оптимально­гипогес­тогнозический 2 (6,7) 10 (33,4) 1 (5,0)** 1 (5,0)**
Оптимально­тревожный 4 (13,3) 3 (10,0) 0** 0**
Преимущественно эйфорический 1 (3,3) 0 0** 0**
Эйфоро­оптимальный 4 (13,3) 0 1 (5,0)** 2 (10,0)**
Гипогестогнозо­оптимальный 1 (3,3) 1 (3,3) 1 (5,0)** 1 (5,0)**
Тревожно­оптимальный 0 0 1 (5,0)** 0**
Смешанный 2 (6,7) 1 (3,3) 0** 4 (20,0)**
Смешано­тревожный 1 (3,3) 2 (6,7) 0** 0**

* Отличие от подгруппы IА статистически значимо (р = 0,03).
** Анализ статистической значимости различий невозможен из-за недостаточного количества наблюдений.

Рис. 2. Распределение подтипов психологического компонента гестационной доминанты по группам риска у обследованных беременных



4444.jpg
При анализе полученных данных (см. рис. 1 и 2) следует отметить, что в обеих группах обследованных преобладали подтипы ПКГД, которые можно отнести к группам благоприятного течения гестации. При анализе с учетом возраста выявлено, что ПКГД, соответствующий оптимальному типу, определялся у 80,0% участниц подгруппы IIA и у 50,1% из подгруппы IA (р = 0,03).

Типы ПКГД, соответствующие группе умеренного риска, оказались наиболее характерны для забеременевших после ЭКО оптимального репродуктивного возраста (23,3%, р = 0,02 для отличия от подгруппы IIА).

Между подгруппами IБ и IIБ значимых различий не было (р > 0,05).

При оценке составляющих подтипов ПКГД получены следующие результаты. У женщин из группы ЭКО оптимального репродуктивного возраста более выражена тревожная составляющая (23,3%) в сравнении с аналогичной возрастной подгруппой группы сравнения (5,0%) (р = 0,0026). Повышенную тревожность и депрессивность нетрудно выявить врачу женской консультации, однако беременные с этим типом ПКГД далеко не всегда получают адекватную помощь [11].


Для женщин старшей возрастной группы, забеременевших после ЭКО, более характерен гипогестогнозический компонент ПКГД, чем в аналогичной по возрасту подгруппе сравнения — 36,7% против 10% (р = 0,035); у них также отмечается тенденция к тревожности, которой нет в подгруппе IIБ (р = 0,05), что может говорить о «негативном багаже», накопленном при лечении бесплодия, и о неадекватном принятии родительства[14].

Цель анкетирования с использованием HADS — выявление скрытой тревожности и депрессии у женщин с благоприятными или пограничными типами ПКГД. Преимущества этой шкалы заключаются в простоте применения и обработки, а также в высокой дискриминантной валидности в отношении двух расстройств: тревоги и депрессии [15]. При изолированном анализе данных, полученных при использовании HADS, значимые различия между женщинами, забеременевшими в результате ЭКО и спонтанно, получить не удалось из-за недостаточного количества наблюдений (табл. 3). Однако, учитывая совокупность данных анкетирования по двум методикам, были сформированы группы, которым показана консультация психолога с целью более глубокого изучения психоэмоционального состояния и принятия решения о соответствующей коррекции (рис. 3).

Таблица 3
Частота выявления тревоги и депрессии у обследованных беременных, n (%)


Подгруппы Субклиническая тревога Выраженная тревога Субклиническая депрессия Выраженная депрессия
IA (n = 30) 2 (6,7) 2 (6,7) 3 (10,0) 1 (3,3)
IБ (n = 30) 2 (6,7) 0 2 (6,7) 0
IIA (n = 20) 2 (10,0) 1 (5,0) 1 (5,0) 1 (5,0)
IIБ (n = 20) 4 (20,0) 0 2 (10,0) 0



Рис. 3. Женщины, которым показана консультация психолога, %

44441.jpg
Наличие типа ПКГД, относящегося к неблагоприятному, а также сочетание благоприятного типа ПКГД и повышенной тревожности или депрессивности по результатам тестирования с использованием HADS расценивалось как показание к психологическому консультированию (см. рис. 3).

Значимых различий в количестве женщин обеих групп, которым показана консультация психолога (см. рис. 3), не было (р > 0,05). Однако психологическая поддержка показана женщинам старшего репродуктивного возраста, забеременевшим спонтанно, в 1,7 раза чаще, чем участницам того же возраста из группы ЭКО (р = 0,15).

Полученные нами данные согласуются с результатами исследования Л.Н. Рабовалюк и соавт.[16], в котором указывается, что возраст женщины является одним из определяющих факторов формирования оптимального типа ПКГД. У юных девушек в возрасте до 20 лет и у женщин после 35 лет наиболее часто фиксируются типы ПКГД, относящиеся к группе неблагоприятного влияния на течение гестации, что требует грамотного психологического сопровождения. Лучшие показатели у женщин позднего репродуктивного периода, забеременевших в результате ЭКО, вероятно, связаны с тем, что эти беременности были желанны и запланированы.

Нами проведен корреляционный анализ влияния неблагоприятного психоэмоционального состояния на частоту акушерских осложнений (угрозы прерывания беременности по триместрам, преэклампсии, задержки роста плода, нарушения гемодинамики в маточно-плодово-плацентарном комплексе) у женщин после ЭКО. В подгруппе оптимального возраста выявлена средняя положительная взаимосвязь (r = 0,6 при р < 0,05) только между наличием угрозы прерывания в I триместре и неблагоприятным психоэмоциональным состоянием. Во II триместре беременности данная взаи­мосвязь сохраняется, но менее выражена (r = 0,4 при р < 0,05), что может свидетельствовать о неблагоприятном влиянии негативного психоэмоционального состояния на течение гестации. Для подгруппы старшего репродуктивного возраста данная взаимосвязь не обнаружена (r ≤ ±0,3 при р < 0,05). Мы также попытались выяснить, влияет ли число неудачных попыток ЭКО и количество беременностей, не завершившихся рождением живых детей, на психологическое состояние наблюдаемых. Полученные нами результаты значимого влияния не показали (r ≤ ±0,3 при р < 0,05).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Для обеспечения оптимального течения беременности, наступившей в результате ЭКО, следует принимать во внимание следующие факты.
У женщин, забеременевших после ЭКО, чаще отмечается угроза прерывания. Выявлено, что нестабильное психоэмоциональное состояние наиболее часто сочетается с угрозой прерывания беременности в I и II триместрах у женщин оптимального репродуктивного возраста после ЭКО.
После ЭКО 76,7% беременных имеют психологический компонент гестационной доминанты (ПКГД), соответствующий вариантам нормы. Однако типы ПКГД, которые можно отнести к благоприятным, имеют лишь 50,1% женщин оптимального репродуктивного возраста и 43,3% беременных старшей возрастной группы. Неблагоприятные типы ПКГД встречаются у 26,6% женщин оптимального репродуктивного возраста и у 20,0% участниц старшего репродуктивного возраста основной группы, что требует психологической коррекции. При этом тревожный компонент присутствует примерно у каждой 5-й беременной после ЭКО оптимального репродуктивного возраста, а гипогестогнозический компонент — примерно у каждой 3-й женщины позднего репродуктивного возраста.
Женщинам с психоэмоциональным состоянием, относящимся к группе неблагоприятного влияния на течение беременности, рекомендована консультация психолога с целью более глубокого изучения психологического состояния и принятия решения о необходимости психологической коррекции.

Особенности психоэмоционального состояния женщин во время беременности, наступившей в результате применения вспомогательных репродуктивных технологий
16 Ноября 10:00
ЛИТЕРАТУРА
  1. Зайнулина М.С., Коган И.Ю., Мирашвили М.И., Рзаева Р.Н. К вопросу об особенностях течения беременности после экстракорпорального оплодотворения. Журн. акушерства и женских болезней. 2011; 5(9): 39–45. [Zajnulina M.S., Kogan I.Ju., Mirashvili M.I., Rzaeva R.N. K voprosu ob osobennostjah techenija beremennosti posle jekstrakorporal'nogo oplodotvorenija. Zhurn. akusherstva i zhenskih boleznej. 2011; 5(9): 39–45. (in Russian)]
  2. Qin J.B., Sheng X.Q., Wu D., Gao S.Y., You Y.P., Yang T.B. et al. Worldwide prevalence of adverse pregnancy outcomes among singleton pregnancies after in vitro fertilization/intracytoplasmic sperm injection: a systematic review and meta-analysis. Arch. Gynecol. Obstet. 2017; 295(2): 285–301. DOI: 10.1007/s00404-016-4250-3
  3. Абрамченко В.В. Психосоматическое акушерство. СПб.: СОТИС; 2001. 320 с. [Abramchenko V.V. Psihosomaticheskoe akusherstvo. SPb.: SOTIS; 2001. 320 s. (in Russian)]
  4. Васильева В.В., Авруцкая В.В. Особенности психоэмоционального статуса женщин при физиологической и осложненной беременности и программа их психологического сопровождения. Психол. журн. 2008; 3: 110–19. [Vasil'eva V.V., Avruckaja V.V. Osobennosti psihojemocional'nogo statusa zhenshhin pri fiziologicheskoj i oslozhnennoj beremennosti i programma ih psihologicheskogo soprovozhdenija. Psihol. zhurn. 2008; 3: 110–19. (in Russian)]
  5. Тютюнник В.Л., Михайлова О.И., Чухарева Н.А. Психоэмо­циональные расстройства при беременности. Необходимость их коррекции. Рус. мед. журн. Неврология. 2009; 20: 1386–9. [Tjutjunnik V.L., Mihajlova O.I., Chuhareva N.A. Psihojemocional'nye rasstrojstva pri beremennosti. Neobhodimost' ih korrekcii. Rus. med. zhurn. Nevrologija. 2009; 20: 1386–9. (in Russian)]
  6. Gourounti K. Psychological stress and adjustment in pregnancy following assisted reproductive technology and spontaneous conception: a systematic review. Women Health. 2016; 56(1): 98–118. DOI: 10.1080/03630242.2015.1074642
  7. Gourounti K., Anagnostopoulos F., Lykeridou K., Griva F., Vaslamatzis G. Prevalence of women's worries, anxiety, and depression during pregnancy in a public hospital setting in Greece. Clin. Exp. Obstet. Gynecol. 2013; 40(4): 581–3
  8. Решетова Т.В., Ермолаева О.С., Троик Е.Б., Кузьмичев В.С. Психологические факторы и результат лечения методами вспомогательных репродуктивных технологий. Современные исследования социальных проблем (электрон. науч. журн). 2015; 7(51). https://cyberleninka.ru/article/n/psihologicheskie-faktory-i-rezultat-lecheniya-metodami-vspomogatelnyh-reproduktivnyh-tehnologiy (дата обращения — 26.04.2018). [Reshetova T.V., Ermolaeva O.S., Troik E.B., Kuz'michev V.S. Psihologicheskie faktory i rezul'tat lechenija metodami vspomogatel'nyh reproduktivnyh tehnologij. Sovremennye issledovanija social'nyh problem (jelektron. nauch. zhurn. 2015; 7(51). https://cyberleninka.ru/article/n/psihologicheskie-faktory-i-rezultat-lecheniya-metodami-vspomogatelnyh-reproduktivnyh-tehnologiy (data obrashcheniya — 26.04.2018). (in Russian)]
  9. Сорокина Т.Т. Роды и психика: практическое руководство. Минск: Новое знание; 2003. 351 с. [Sorokina T.T. Rody i psihika: prakticheskoe rukovodstvo. Minsk: Novoeznanie; 2003. 351 s. (in Russian)]
  10. Добряков И.В. Перинатальная психология. СПб.: Питер; 2010. 272 с. [Dobrjakov I.V. Perinatal'naja psihologija. SPb.: Piter; 2010. 272 s. (in Russian)]
  11. Эйдемиллер Э.Г. Детская психиатрия. Учебник для вузов. СПб.: Питер; 2004. 1120 с. [Jejdemiller Je.G. Detskaja psihiatrija. Uchebnik dlja vuzov. SPb.: Piter; 2004. 1120 s. (in Russian)]
  12. Рабовалюк Л.Н. Выделение подтипов ПКГД на основе теста отношений беременной И.В. Добрякова. Социосфера. 2008; 4: 124–36. [Rabovaljuk L.N. Vydelenie podtipov PKGD na osnove testa otnoshenij beremennoj I.V. Dobrjakova. Sociosfera. 2008; 4: 124–36. (in Russian)]
  13. Лохина Е.В. Особенности психоэмоционального состояния беременных и формирование психологического компонента гестационной доминанты в третьем триместре беременности. Соврем. пробл. науки и образования. 2013; 2. www.science-education.ru/ru/article/view?id = 9058 (дата обращения — 26.04.2018). [Lohina E.V. Osobennosti psihojemocional'nogo sostojanija beremennyh i formirovanie psihologicheskogo komponenta gestacionnoj dominanty v tret'em trimester beremennosti. Sovrem. probl. nauki i obrazovanija. 2013; 2. www.science-education.ru/ru/article/view?id = 9058 (data obrashcheniya — 26.04.2018). (in Russian)]
  14. Якупова В.А., Захарова Е.И. Внутренняя материнская позиция женщин, беременность которых наступила с помощью ЭКО. Нац. психол. журн. 2015; 1(17): 96–104. [Jakupova V.A., Zaharova E.I. Vnutrennjaja materinskaja pozicija zhenshhin, beremennost' kotoryh nastupila s pomoshh'ju JeKO. Nac. psihol. zhurn. 2015; 1(17): 96–104. (in Russian)]
  15. Zigmond A.S., Snaith R.P. The Hospital anxiety and depression scale. Acta Psychiatr. Scand. 1983; 67(6): 361–70
  16. Рабовалюк Л.Н., Кравцова Н.А. Возраст как один из факторов, определяющих психологический компонент гестационной доминанты. Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. 2012; 4(15). http://www.medpsy.ru/mprj/archiv_global/2012_4_15/nomer/nomer06.php (дата обращения — 26.04.2018). [Rabovaljuk L.N., Kravcova N.A. Vozrast kak odin iz faktorov, opredeljajushhih psihologicheskij component gestacion­noj dominanty. Medicinskaja psihologija v Rossii: jelektron. nauch. zhurn. 2012; 4(15). http://www.medpsy.ru/mprj/archiv_global/2012_4_15/nomer/nomer06.php (data obrashcheniya — 26.04.2018). (in Russian)]

Новости

1 Ноября 12:32
V Московский Городской Съезд педиатров состоится 19–21 ноября 2019 года

Приглашаем посетить главное ежегодное мероприятие в сфере здравоохранения детей и подростков — «V Московский городской Съезд педиатров» 19 – 21 ноября 2019 года (г. Москва, МВЦ «Крокус Экспо»)

31 Октября 16:36
20–22 ноября 2019 года в Москве состоится XIV Национальный конгресс терапевтов

Приглашаем посетить главное ежегодное мероприятие Российского научного медицинского общества терапевтов

24 Октября 13:09
В преддверии Дня борьбы с инсультом: вопросы лечения и реабилитации

23 октября 2019 г. в Москве прошла совместная пресс-конференция компании «Такеда» и ведущих специалистов Национального медико-хирургического центра им. Н.И. Пирогова. Специалисты обсудили статистику заболеваемости в России и Москве, задачи, стоящие перед экспертами здравоохранения, существующие возможности в лечении острого инсульта и реабилитацию пациентов после инсульта

7 Октября 20:23
12 декабря в Морозовской больнице пройдут Лунц-Мазуринские чтения

Уважаемые коллеги, приглашаем вас 12 декабря 2019 года принять участие в «Лунц-Мазуринских чтениях», которые пройдут в ГБУЗ «Морозовская ДГКБ ДЗМ».

Все новости

Партнеры